Новости | Писатели | Художники | Студия | Семинар | Лицей | КЛФ | Гости | Ссылки | E@mail
 

 

 

 

 

 

 

 

Вячеслав КАЧАЕВ

 

ДОРОГА СНОВ

 

рассказ

 

"Твой мир…"– сказал он тогда, в ту ночь. И ушел, канул во тьму. Словно и не было его вовсе, Странника Ночи… Неужели я шел именно к такому исходу?! Если так, то проще было бы остаться. Там, в одиночестве и ожидании, подобно мне прошлому.

Неумолчный, тоскливый вой пронзает ночь. И слушает мир песню смерти. Чужую песню… Волки? Ветер в ночи? Плач человеческий по мертвым собратьям своим?… Наверное, всё-таки ветер. Заблудился среди помертвевших скал и воет, предчувствуя долгую зиму…

В застывшем воздухе – дымы пожарищ. Бреду по раскисшей дороге. Здесь до меня прошли мириады ног. И после будут идти - литься нескончаемым потоком… Рядом жадно чавкает грязь.– тоже кто-то идет. И кажется не один. Если так, то мне остается только позавидовать счастливому попутчику. Ибо неизбывное одиночество сжигает мою душу и нет сил противостоять этому пламени.

Грязь. И ненависть… Ненависть повисла над дорогой, обнажая гнилые, побуревшие от крови клыки. Безысходность… Я не могу идти дальше, я обессилел. Но… всё-таки иду. Ибо в движении – жизнь. Остановишься, попытаешься оглянуться – растопчут. Не стой на пути…

За стеной камней робко мерцает костер. Будто бы солнце выглянуло из-за горизонта. Еще один костер… Не последний ли? Только вот кто осмелился развести его, сойти с дороги, пусть разбитой, грязной… Но единственной… У костра – люди. Я уже вижу их, хотя и не замечаю еще их лиц. Они такие же, как и я сам. Только повезло им больше моего. Призывно машут руками…

Плетусь из последних сил. Мелкие капли не пролившегося дождя застыли в воздухе. Невыносимо трудно дышат. Ноги ослабли окончательно. Под конец падаю, но упорно ползу к теплу. Грязь налипает на одежду тяжким грузом, не желая отпускать.

– Сюда, иди сюда!– Слышу я чей-то голос, голос одного из тех, что около костра.– Сойди с этой дороги. Зачем она тебе теперь? Там, впереди – смерть. И позади – тоже. Здесь последний приют для таких как ты. Их мало, до обидного мало, но они есть… Сюда! Стряхни грязь и согрейся. Огонь весел. У него есть еда. Много еды. Найдется и для тебя. Мы поделимся с тобой. Уступим место получше перед самым огнем. Чтобы он возвратил тебе радость и силу. И веру. В себя самого. Сядь. А хочешь… Мы споем тебе? Нет? Тогда давай помолчим. Забудем на время о том, что вокруг нас… Отдохни. Ведь ты – человек. И ты мог просто устать, пока шел к нам… Пусть они увидят тебя, те, кто на дороге. И пусть они ненавидят тебя. Ибо ненавидя, они становятся подобными тебе, хоть и не замечают этого. Чтобы сгинуть в беспросветной тьме. Или прийти сюда, к нам. Отдохни…

 

 
 

Костер меркнет. Оплывает воском свечи пространство за узким кругом света от умирающего костра. Из нечего вырастают стены. Они всё выше. Вот остался лишь клочёк серого неба над головой. Однако и ему недолго осталось.

– А что дальше?

– Дальше? Ничего, разумеется. Я стал неинтересен. Тем, кто был у костра. Кроме тебя. Тем более что они увидели нового на дороге. Еще одного изгоя. И занялись им, забыв о прежнем…

– А ты?

– Что я? Я всего лишь тень.

– Ужас какой…

– Ну почему – ужас. Я просто привык видеть мир таким, каков он на самом деле. Вот и всё.

– Можно я включу свет?– Слышу я ее низкий, прерывающийся шепот.

– Зачем? Ведь тьма – друг.

– А свет враг?

– Вот именно. Он слишком уж режет глаза. Тьма – вечна. Свет умирает, а тьма остается. Но это не важно… Посмотри сама – разве это так уж и плохо. Понимаешь… Во тьме ты можешь оставаться собой самим, с открытым лицом, не страшась быть узнанным – ведь никто не увидет тебя. Тьма позволяет не играть давно опостылевшую роль. И потому можно снять маски…

– Разве она надоела тебе, эта роль? Ты ведь сам выбрал ее!

– Я устал. Но это тоже не имеет значения – моя боль принадлежит только мне… Посмотри как светиться эта тьма. Изнутри. Капель умолкающих звуков, словно занавес в пространстве. Он не доходит до земли, но ты все равно видишь его, видишь невесомое покрывало тьмы. Белые просверки – это мир содрогается под натиском ветра-света. В том пульсе таится и малая часть тебя самого. Всего, что ты искал или потерял когда-то очень давно. Пульс-воспоминание. В этом пульсе – весь ты, понимаешь? Именно ему ты отдал всё до конца. И пусть ты сгорел и должен уйти теперь… Ты все равно вернешься, невзирая ни на что… Знаешь, Инга, не верь тому, что говорил я вчера. Не я нужен вам, вы нужны мне. Потому я еще здесь, рядом с тобою, рядом с вами… Впрочем, не будем об этом, ладно?

Щёлкает выключатель. Вспыхивает лампа в углу на столе. Прикрываю глаза рукой – ее тусклый свет сейчас кажется ослепительным. Успеваю заметить – она смотрит на меня с болью и жалостью. Прости. Пытаюсь одеть подходящую случаю маску. Не получается. А жаль. Отворачиваюсь, подхожу к окну…

– Тебе трудно?– выстрелом в спину настигает вопрос.

– Об этом не говорят, Инга…– Пытаюсь сдержаться я.– Хочешь, я полюблю тебя?

Молчание в ответ. Что ж, этого и следовало ожидать. Мой друг сказал недавно: "Ты стоишь в коридоре, но лучше вернуться обратно. Ибо ты уже не сможешь быть прежним, а те, другие, не примут тебя." Прости, но уже поздно. Правда, я не знаю еще, каким буду. Останусь человеком или…

Над спящей равниной плещется тишина.

– Опять они здесь.

– Ты снова за свое? Молчал бы лучше.

– Они, брат.

– Где? Я не вижу ничего. И никого.

– Ты действительно не видишь? Да вон же они, вон в том перелеске. Теперь видишь? Они ждут, понимаешь? Нас ждут.

– Зачем мы им?

– Я не знаю.– Его голос, голос случайного попутчика затихает.

– А может, они просто хотят помочь нам? Вывести на торную тропу, к людям, к жилью?

– Не знаю. Но мне не нужна их помощь, я ненавижу их.

"Спать, спать, спать…"– Скрипит под ногами почерневший снег. Что-то мягко касается волос… Нет, спать нельзя…

Да, теперь вижу и я. Не людей. И не зверей тоже. Сразу и не скажешь, кого я вижу. Люди со звериными лицами и наоборот.

Страх и боль застыли над тем перелеском. Но они, те, кто укрылся сейчас там, они остаются на месте, ничем не выдавая себя. Или они ждали нас, или что-то помешало их атаке. Что? Не знаю. И не хочу знать. Они остаются на месте и я тоже делаю вид, что не замечаю их.

"Спать, спать, спать…"

Нет, им ничего не помешало. И никто. Они просто не могли сдвинуться с места. Потому что они мертвы… Перелесок остается позади, теряется в тумане, в завесе снега… На горизонте – обгорелая стена леса. И нетронутый снег под ногами. Под лапами...

– Дойдем ли, брат?

Молчание в ответ. Случайный попутчик остался на снегу за спиной. Словно бы прилег отдохнуть. Да так и не сумел подняться. Из распахнутой пасти выплеснулась струйка крови. И застыла… Он тоже не выдержал. Сколько ж их еще, таких, уже осталось позади? И сколько еще останется. Много, очень много. Друзья, товарищи, попутчики – все там. И нет в том моей вины…

"Спать, спать, спать…"

Дойду ли?…

 

1991г.

 

 

Опубликовано впервые